Воскресенье, 18.11.2018, 17:29


/ГлавнаяМой профильВход

Вы вошли как Гость · Группа "Гости" · RSS

Логин:
Пароль:
[ Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
New Seers ( Новые Видящие) форум » Эзотерика » Статьи НВ (Новых Видящих) » Эзотерика, Философия » Гурджиев, путь мага
Гурджиев, путь мага
КочевникДата: Среда, 12.10.2011, 03:57 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 20105
Статус: Offline
Гурджиев . ру
Библиотека
Г.И. Гурджиев. Взгляды из реального мира
Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку
Г.И. Гурджиев. Встречи с замечательными людьми
Г.И. Гурджиев. Жизнь реальна, когда Я есмь
Г.И. Гурджиев. Борьба Магов
П.Д. Успенский. В поисках чудесного
П.Д. Успенский. Четвёртый путь
М. Андерсон. Непостижимый Гурджиев
Предисловие переводчика
Воскрешение в памяти
Сверх-знание
Трансформация
Неизвестная доктрина
Жизнь за жизнь
Неудачная попытка?
Это – другое
"Всё"
Квартира в Париже
Каждый человек – это остров
Смерть мага
Ф. Питерс. Детство с Гурджиевым
Р. Равиндра. Безмерное сердце
Видео
Видеоархив
Музыка
Аудиоархив
Нам пишут читатели
Андрей Тумилович. Измерения сознания
Илларион Федоров


Гурджиев, путь мага
По словам современников «это был человек с лицом индийского раджи или арабского шейха, вид его чем-то постоянно смущал или обескураживал, поскольку было заметно что он не тот, за кого себя выдает».
Взгляд у него был особенный — глубокий, проникающий в душу. Завораживало и впечатление, будто он знает все ответы на все вопросы и нет для него ничего невозможного.
Точная дата рождения Гурджиева неизвестна. Он как-то бросил, что придет время и потомки сами ее определят. Говорил на многих языках, но предпочитал армянский и русский (родной язык его матери). Его отец русско-греческого происхождения, ашуг — знаток религии и сказатель азиатских легенд, своими выступлениями привлекал множество самого пестрого люду. Жили они в городке Карске, близ русско-турецкой границы, население которого состояло из греков, армян, турок, курдов, кавказских татар, грузин, русских, исповедовавших буддизм, суфизм и христианство пополам с шаманизмом и дьяволопоклонничеством. Так что уже с раннего детства Георгий прикоснулся к таинствам древнего символизма, литургии, технике ритмичного дыхания и различным медитациям, был свидетелем необъяснимых феноменов. Например, дети езидов (народность, поклоняющаяся дьяволу) часто развлекались так, что очерчивали мелом вокруг какого-нибудь мальчишки круг, в котором тот оставался стоять, словно парализованный, до тех пор, пока кто-нибудь из взрослых его не освобождал.
Бабушка Георгия перед смертью напутствовала внуку: «Слушай и помни мой строгий наказ: либо ничего не делай — просто иди в школу, либо делай что-нибудь такое, что не делает никто другой».
Вскоре после ее смерти в драке Георгию выбили зуб мудрости. «Чрезвычайно больших размеров», как описывал впоследствии сам Гурджиев. Тот странный зуб имел семь корней и в конце каждого из них выпукло стояла капля крови… Это был явный намек на какую-то тайну. И Георгий Гурджиев решил ее узнать, чего бы это ему не стоило.
В 11 лет он сбежал из дому и стал вечным странником. Он искал мудрость на сокровенных тропах Африки, Афганистана, Монголии, Тибета, Индии, России, Египта. Правдами и неправдами проникал в суть закрытых и недоступных миру тайных учений, встречал множество удивительных людей.
Он любил повторять: «Знания стоят того, чтобы их добывать…». Уровни бытия, из которых человек Четвертого пути черпает свои знания, удивительным образом совпадают с «Туннелями реальности» Роберта А. Уилсона, занимающегося исследованием психологии эволюции, одновременно перекликаясь с законом серебряной Октавы, работающим во всей Вселенной.

Сила знания
«Будучи всегда безжалостным к своим природным слабостям и почти все время сохраняя самонаблюдение», Гурджиев по его словам «смог достичь почти всего, что в пределах человеческих возможностях…».
К примеру, на расстоянии десятков миль он мог убить яка. Однако Гурджиев дал себе клятву: никогда и ни в каких целях не применять свои удивительные способности, кроме целей исследовательских и лечебных. Зато на этом пути он достиг поразительных успехов. Умиравший в Тифлисе во время вспышки эпидемии тифа Морис Николь описывает, как Гурджиев буквально вытащил его с того света, полностью отдав всю свою жизненную силу: «Когда я очнулся, то увидел склонившееся надо мной лицо Гурджиева в огромном напряжении и испарине, капли пота покрывали все его лицо, он держал мою голову руками и молча смотрел мне в глаза. Он был смертельно бледен. Уже на следующий день я был полностью здоров». Едва придя в себя Николь спросил Гурджиева: «А как же вы? — думая, что тот пожертвовал жизнью ради него». «Не волнуйтесь, — успокоил Гурджиев. — Мне нужно всего десять минут, чтобы восстановить свои силы».
Из гурджиевской техники саморазвития выросло самое перспективное современное направление психологии: нейролингвистическое программирование (НЛП). Первыми на пути «увязки» поведения и психики были врач Вильгельм Райх и зоопсихолог Конрад Лоренц, который за работу в этой области был удостоен Нобелевской премии.

Планета спящих
Современного человека — его мысли, чувства, психологию — Гурджиев сравнивал с экипажем, лошадью и кучером. Экипаж — наше физическое тело. Лошадь — эмоции. Кучер — разум. А пассажир в коляске — наше «я». Экипаж, управляющийся кучером, который ничего не смыслит в его устройстве. Лошадь послушна ударам плетки вечно сонного возницы. А он готов ехать куда угодно, лишь бы седок сполна заплатил.
Дурманящий сон, в котором протекает наша жизнь, искажает реальную картину бытия. Об этой особенности человеческого существования знали еще первые христиане, призывавшие к пробуждению.

Как ни удивительно, но современная наука обнаружила аналог «спящего» сознания. По мнению нейропсихологов, функционирование нашей нервной системы ограничено кодом ДНК, который определяет поведение человека, с момента рождения до самой смерти. Но как только людям станут доступны идеи и образцы иных уровней бытия, человечество прейдет на новую ступень эволюции.
Биографическая справка
Обладая определенными задатками, Георгий Гурджиев (1877-1949) всю жизнь работал над их развитием, пока не достиг совершенства. Познакомившись в детстве с шумерским эпосом о Гильгамеше, Георгий понял, что тайные, секретные знания передаются различными способами через тысячелетия. Вскоре юноша научился предсказывать будущие с невероятной точностью. Он делал это, сидя между двумя свечами и напряженно всматриваясь в ноготь большого пальца до тех пор, пока не приходил в состояние транса и мог видеть будущее в своем ногте. Однажды хорошо знакомый Гурджиеву молодой человек умер, упав с лошади. На следующую ночь после похорон заметили, что он пытается войти в свой дом. Ему разрезали горло и вернули на кладбище, похоронив теперь уже вампира.
Этот феномен побудил Гурджиева заняться оккультизмом. В первые сорок лет своей жизни он посещал монастыри по всей Европе и Азии, затем приступил к теории, разработав собственную доктрину, по которой откровение приходит к человеку в состоянии «пробужденного сознания» и заключается в том, что цель всегда есть, а всякие необычайные усилия и каждое начинание пробуждает сознание.
У Гурджиева оказалось много последователей и учеников. Он будил учеников ночью в любое время и научил их оставаться «замороженными», в какой бы позе они не оказались в это время. На публичных сеансах это выглядело так. Труппа учеников по его команде разворачивалась в задней части сцены лицом к зрителям. Еще одна команда — ученики бросаются к рампе. Гурджиев отворачивается и курит. Человеческая лавина перелетает по воздуху через оркестр, приземляясь на пустые стулья, на пол, тела нагромождаются друг на друга и. замирают в полной неподвижности и тишине. И ни одной ни у кого царапины!
Это конечно трюки. Но они были нужны Гурджиеву, чтобы привлечь новых учеников, которых он обучал телепатии, гипнозу, ясновидению, и главное — убедить их в том, что любовь и непрерывные усилия, вложенные в работу, не только дают новые степени свободы человеку, но делают его в творческом отношении свободной личностью, выбравшей «четвертый путь», пройдя до этого пути факира, монаха и йогов.
А более подробно все неординарные, исключительно своеобразные и гениальные идеи русского мага Гурджиева изложил в своей книге «В поисках чудесного» его лучший ученик и последователь Успенский.

Эволюционный виток
Как получилось, что люди столь несовершенны? Гурджиев объясняет это тем, что все человечество в целом и каждый человек в отдельности пребывает в плену законов материального мира, которым подчиненно все живое на планете. «Вы в тюрьме собственных представлений», вот так объясняет состояние умов этот необычный человек.
Но освободиться не так-то просто. Человек существует на планете Земля для определенной цели. В каком-то смысле он — инструмент и воплощение этой цели. И чтобы соответствовать ей он просто обязан развиваться и быть свободным. То есть все мы по Гурджиеву рождены чтобы познавать самих себя, но добывая эти знания воплощать их сообразуясь с вечными законами Вселенной.
Гурджиев оказался одним из тех немногих, кто смог предложить современному человеку синтез практического опыта древних тайных учений, направленных на самосовершенствование в согласии с законами Мироздания. Эти законы Гурджиев воплотил в диаграмме или энеаграмме, принципы которой легли в основу современных компьютерных программ. Встать на путь Гурджиева пытались многие. Но никому не удалось пройти его до конца.
Зуб мудрости у гуру не случайно имел семь корней.

Виктория Булгакова


Не зачем кому то учить нас магии, потому что на самом деле нет ничего такого, чему нужно было бы учится.Нам только нужен учитель, который смог бы убедить нас,какая огромная сила имеется на кончиках наших пальцев.
 
КочевникДата: Среда, 12.10.2011, 04:00 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 20105
Статус: Offline
Смерть мага
http://gurdjieff.ru/content/view/47/3/
Гурджиев скончался 29 октября 1949 года в Американском госпитале в Париже.

Он намеревался 20 октября отплыть в Нью-Йорк и провести там Рождество, и мы должны были плыть с ним на этом же корабле; но он занемог и был вынужден отложить поездку. Нам посоветовали не переносить дату отправления, а отправиться вперед и встретить его в Нью-Йорке.

Мы прибыли 27 октября. Спустя два дня от Солиты, оставшейся в Париже, пришла телеграмма:

"Гурджиев умер сегодня утром".

Через несколько дней от нее пришло письмо:

30 октября – полночь воскресенья. Мы все близки к отчаянию. Вчерашний, сегодняшний (мой день рожденья) и последующие дни – худшие дни в моей жизни.

На нем его лучший костюм, купленный для поездки в Америку. Он лежит на диване, до горла укрытый бледным покрывалом, усыпанным красными розами, розовыми орхидеями, белыми цветами; голова утопает в огромных букетах фиалок. Часовня освещена свечами.

Его лицо подобно статуе. Вчера он еще выглядел живым и словно чуть улыбался; кожа была странного бледно-лилового оттенка. Сегодня кожа потемнела, улыбка исчезла, он уже далеко, глаза начали западать, губы стали тоньше, строже. Может быть, его изменило снятие посмертной маски, хотя я так не думаю. Он выглядит так, словно только что сказал: "Теперь я ухожу, со всеми своими загадками и моей тайной. Здесь моя работа окончена".

Два дня, всю прошлую ночь и до сих пор в госпиталь стекаются люди, выстраиваясь в очередь, чтобы зайти и увидеть его. Они стоят в совершенном молчании, просто глядя на него. Почти все плачут.

Он умер в половине одиннадцатого вчера; я звонила в десять, чтобы узнать новости, и мне сказали, что его состояние не изменилось. Вчера, когда я была в отеле, позвонил Р. и сказал, что он умер. Я тут же поспешила в Нюилли, и мне сказали, что мы сможем увидеть его, как только тело перенесут в часовню. Хотя перед смертью он часами казался спящим, врач поднял ему веки и сказал, что Гурджиев посмотрел на него, и что он находился в сознании. Очень необычный феномен: через четыре часа после смерти его лоб и шея все еще были теплыми; доктор не мог этого объяснить.

В пятницу мадам де Зальцман разговаривала с ним по-русски. Он не отвечал, но поднял руку и протянул ей. Мадам де Зальцман была совершенно великолепна. Вчера на службе она сидела возле гроба, белая как мел, с закрытыми глазами, и слезы медленно струились по ее щекам. Сегодня на службе: русский священник распевно читает молитвы, дьякон вторит ему, все мы держим в правой руке зажженные свечи и смотрим, смотрим, не отрываясь. Часовня слишком мала, чтобы вместить всех; мы теснимся, чтобы дать место другим, пока не оказываемся вплотную к погребальному ложу. Те, кто не может войти, стоят снаружи и слушают. По окончании службы, когда мы выйдем, зайдут другие. Конечно, он никогда не остается один, каждую ночь с ним дежурят несколько добровольцев. В среду его перенесут в русскую церковь, а в в четверг одиннадцать будет заупокойная служба. В двенадцать мы все поедем в Фонтенбло на похороны. Тем временем каждый день будет служба для тех, кто поздно узнал о его смерти, особенно для приезжающих англичан.

Я думаю, он гордился бы поведением всех своих учеников. Горе безмерно, безмолвно и несет в себе действительно объективный признак благородства. Я не буду говорить о собственном горе; это лишь малая часть общей трагедии. Я всегда буду благодарна тем силам, что позволили мне быть здесь и видеть его, прежде чем он покинул земную юдоль. Но мне никогда не удастся описать благородную красоту его мертвого лица.

2 ноября, полночь. Сегодня четверг, в шесть часов на закате солнца мы оставили его в холодной земле на глубине шесть футов, в еще незакрытом гробу; последнее, что я видела, уже был не он – длинный светло-коричневый гроб с золотым крестом у изголовья, несколько роз, брошенных кем-то в отчаянии вместе с пригоршней земли, что бросал, по русскому обычаю, каждый из сотен проходящих.

Но вернемся к понедельнику, в часовню Американского госпиталя. Он превратился в серый камень и выглядит еще "покойней".

Группа Джейн из Англии прибыла ночью прямо с вокзала. В четыре утра их сменила французская группа. Всю ночь текли вереницы людей, и весь день. Трудно представить, что могли думать в Американском госпитале об этих сотнях паломников, приходящих и уходящих в ледяную морозную ночь.

Вторник. Я только что из часовни. Сидела возле него, рядом с его лицом целых два часа. Маленький хор из русской церкви вторил молитвам. Священник по старой традиции – в рясе, с серебряным крестом и цепью, у него длинные черные волосы и борода, ясные глаза и медовый голос. На парчовом покрывале – свежие цветы. Кто-то сделал крошечный букетик из красных роз и поздних желтых ромашек. Лицо Гурджиева сегодня еще больше посерело, кожа обтянула лицо, несущее отпечаток безграничного разума.

Среда. Собачий холод. Ах, никогда больше не видеть эту улыбку, не слышать его голос – неважно, что

...Положение во гроб. Не могла поехать в госпиталь, чтобы видеть, как его кладут в гроб, к тому же, как я узнала позже, мне бы и не позволили – только мужчины из его семьи. К четырем отправилась в русскую церковь и ждала почти до шести, прежде чем его принесли. Гроб несли шестеро мужчин. Мерцающие красивые свечи, множество цветов от тех, кто прибыл раньше, облаченные в одеяния священники и маленький хор. Церковь, вся в золоте и курящемся ладане, была переполнена даже при этом маленьком обряде. Катафалк был покрыт черной тканью с серебряной вышивкой. Несмотря на массу народа, не было слышно ни звука – ни шагов, ни кашля, шелеста или вздоха. Подобная тишина не просто редка, она уникальна. (Не верьте этим рассказам о его "последних словах", как никто не верил в то, что он умрет, пока он не ослабел настолько, что уже не мог говорить, а мог лишь протянуть руку).

Последний день. Этим утром в одиннадцать тридцать в русском соборе торжественная литургия. Прошлой ночью с ним не разрешили остаться на бдение, поэтому он был один, пока не открылась церковь. Свечи, цветы, голоса пятерых священников в бело-золотых одеяниях, божественный и трепетный голос певчего. Как прекрасен русский язык! Церковь была забита людьми – не только теми, кого мы знаем, но и сотнями его последователей, которых мы никогда не видели, которых я никогда не видела за все годы, проведенные рядом с ним. Когда закончились чтения, молиты и песнопения, в течение часа все по очереди стали подходить к его гробу с правой стороны. Каждый участник траурной церемонии, заливаясь слезами, преклонял колена у его головы, затем делал шаг к иконе у него в ногах, целовал ее и уходил влево. Затем короткая передышка, чашка кофе, и в два часа мы снова в церкви.

Вдоль улицы стояли толпы людей, наблюдаюших, как его выносят и кладут на огромный катафалк, положив сверху цветы. Семья ехала с ним.

Позади образовался кортеж из множества автомобилей и четырех огромных автобусов, в которых ехали сотни людей. Улица была запружена, движение на многие кварталы вокруг русской церкви перекрыто, собрались толпы людей поглазеть на спектакль. Я ехала с какими-то респектабельными молчаливыми англичанами, старыми последователями Успенского. По старым знакомым улицам, дорогам, городкам, поворотам, по лесу, к Авону... Под пронзительно-ледяным солнечным ветром мы, сотня за сотней, прошли через кладбищенские ворота, следуя к месту захоронения его семьи. Я увидела могилу, разверстую в каменистой мокрой земле, глубокую-глубокую, страшно глубокую... Его опустили в нее. Все издали глубокий вздох – это был единственный звук, вырвавшийся из груди тех, кто собрался вместе после его смерти. На помощь пришел священник и начал чтение. Позже каждый, проходивший мимо страшной ямы, кидал на гроб горсть земли, преклонял колени, крестился и шел дальше. Все было кончено. Он исчез от нас навсегда.

Позже. За два дня до того, как его положили в госпиталь, он позвал четверых гостей, оказавшихся в тот вечер у него в гостиной, и очень долго просто смотрел на них, не говоря ни слова. Они уверены, что он прощался.

Священник в русской церкви заявил, что таких похорон не было ни у кого, кроме Шаляпина; что он никогда не видел такого всеобщего горя и такой собранности со стороны скорбящих. Даже владелец похоронного бюро, никогда не видевший Гурджиева при жизни, рухнул на его могилу и разрыдался. Просто от вибраций, позвольте заметить.

Французская группа собирается сохранить квартиру как некую святыню, к которой мы все можем приходить. Будут продолжаться чтения и групповые танцы. Жанна де Зальцман отправляется в декабре в Америку. Она будет продолжать его работу, насколько это в ее силах, и я полагаю, что мы все будем помогать ей.

Мы все связаны обетом...


Не зачем кому то учить нас магии, потому что на самом деле нет ничего такого, чему нужно было бы учится.Нам только нужен учитель, который смог бы убедить нас,какая огромная сила имеется на кончиках наших пальцев.
 
КочевникДата: Среда, 12.10.2011, 04:25 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 20105
Статус: Offline
Критика -...

ПСЕВДОПАУКИ: ИОСИФ СТАЛИН И ГЕОРГИЙ ГУРДЖИЕВ - ЛЮДИ, ИЗМЕНИВШИЕ СУДЬБУ

Павел Глоба Зороастрийский календарь год Паука 2007
Статья подготовлена Валяевым А.Л.

Каждый из нас ведет шахматную партию с собственной судьбой, которая во всех случаях рано или поздно заканчивается ее победой. Судьба учит нас записывать ходы, анализировать ситуацию, предвидеть развитие событий, запоминать ошибки и в нужное время жертвовать самым дорогим для достижения желаемого результата. Кто-то играет белыми, кто-то черными, кто-то атакует, кто-то защищается, но в любом случае итог один – судьба ставит нам мат. Таков закон этой игры. Все различие состоит лишь в том, насколько красивой была партия и как долго тот или иной претендент на звание гроссмейстера мог отражать удары более опытного игрока, знающего результат заранее и скрывающего свое лицо под капюшоном повседневной обыденности. Кто-то сдается на 23 ходу, а кто-то, просчитывая ходы наперед, разрабатывая стратегию собственной жизни, добирается до 47 хода, сохранив на доске ключевые фигуры.
Некоторым индивидуумам удается достичь почти невозможного – поняв законы этой сложной игры, они успевают в течение одной жизни сыграть несколько партий. Сеанс одновременной игры с ее Величеством Судьбой могут позволить себе лишь те, кто умеет играть на нескольких шахматных досках сразу, кто способен одновременно решать несколько задач, заранее просчитывая многоходовые комбинации. Подобные незаурядные способности в сочетании с честолюбием и стремлением к реализации индивидуального потенциала вкупе могут породить уникальный симбиоз качеств, свойственный характеру мага или вождя. Наделенные знанием о влиянии звезд и планет на судьбу человека, наиболее дальновидные и расчетливые участники игры под названием «жизнь», помимо дарованной им судьбой даты прихода в воплощенный мир, сами выбирают себе некую виртуальную точку в потоке времени, декларируя ее как новую дату своего рождения. С момента сознательного выбора нового вектора судьбы происходит «включение» дублирующего гороскопа, и жизнь человека начинает течь в несколько ином русле, отличающемся от предначертанного. Понятие свободы выбора для такого человека становится основополагающим, поскольку отныне он сам избирает путь своего интеллектуального и духовного роста. И, конечно же, степень ответственности за последствия содеянного у людей, которые сами пишут сценарий истории, во сто крат выше, чем у тех, кто лишь принимает участие в «массовке».
Появление новой даты рождения индивидуума, которая в дальнейшем позиционируется как истинная, подобно рождению нового человека, поскольку в этом случае происходит определенная коррекция индивидуальной судьбы сообразно программе того момента времени, с которым идентифицирует себя маг, отважившийся переписать книгу своей жизни.
История знает немало примеров персоналий, изменивших свою судьбу посредством выбора новой даты рождения. В данном контексте немалый интерес представляют личности новейшей российской истории: Георгий Иванович Гурджиев и Иосиф Виссарионович Сталин, сознательно избравшие для себя новые виртуальные даты рождения. В качестве года нового воплощения оба мага избрали один и тот же 1879 год, что могло бы показаться простым совпадением, если бы в характерах Сталина и Гурджиева не проявились общие психологические черты, свойственные поведению паука – тотема данного года. Оба они умели расставлять сеть и терпеливо ждать добычи, оба находились в центре паутины, умело манипулируя людьми, попавшими в их сети. Один – великий политик, другой – великий маг, но оба вошли в историю как люди, способные повелевать и управлять другими людьми, оказавшимися в сфере их влияния.
Определение «человек-паук» вполне применимо как к Сталину, так и к Гурджиеву. Но в отличие от американского супер-героя с одноименным названием, деятелям российской истории не было необходимости проявлять чудеса ловкости и лазить по небоскребам – они просто писали историю. Проявив качества пауков, Гурджиев и Сталин, каждый по-своему оказавшись в центре сплетенной им паутины, полностью взяли под контроль все и вся, что оказалось в пределах их досягаемости. Масштабы паутины двух уроженцев Кавказа, оказавших сильнейшее влияние на ход российской истории, несоизмеримы, но, тем не менее, паутину Гурджиева (схему управления людьми с помощью гипнотической магии слова) можно рассматривать в качестве модели, примененной Сталиным к обществу в целом. Роль кукловода была одинаково хорошо исполнена ими обоими, причем каждого из этой странной пары можно было бы считать обычным манипулятором, умело дергающим за нити управления куклами-марионетками, если бы не нечто магически-завораживающее, что было в их влиянии на людей. Каждый великий политик в какой-то степени маг, и каждый великий маг в определенной мере политик, поскольку умение направлять ситуацию в нужное русло ценилось сильными мира сего во все времена, и вовсе неслучайно близ коронованных особ всегда были люди, сведущие в оккультных науках.
Гурджиев и Сталин во многом схожи – они оба уроженцы Кавказа, оба до конца жизни говорили с сильным грузинским акцентом, оба одновременно учились в Тифлисской духовной семинарии, оба интересовались различными методиками психологического воздействия на окружающих. В том, что они были знакомы, сомнений практически не возникает, поскольку доподлинно известно, что Сталин останавливался в Москве у родного брата Гурджиева. Племянник Гурджиева Меркуров был привилегированной особой в Кремле – ему было дозволено делать посмертные маски с членов правительства и деятелей партаппарата, покинувших сей бренный мир. Заслужить странную, в определенной степени магическую роль кремлевского Гермеса-психопомпа (проводника душ умерших), Меркурову было бы гораздо легче, воспользовавшись протекцией своего дяди, Г. И. Гурджиева, известного во всей Европе мага и оккультиста.
Скорее всего, Сталин не просто лично знал Гурджиева, а был также не понаслышке знаком с его механистическим учением об управлении «человеком-машиной». Судя по всему, генеральный секретарь ВКПб товарищ Сталин даже позаимствовал некоторые из психологических приемов Гурджиева, владевшего гипнозом и создавшего группу учеников, абсолютно покорных непреклонной воле учителя-мага. Гурджиев управлял своими адептами точно механизмами, проводя над людьми-марионетками различные психологические опыты. Сталин продемонстрировал то же умение, но уже в масштабах целой страны, жители которой как завороженные слушали неторопливую речь «вождя и учителя советского народа». Использование инструментов психологического воздействия в сочетании с такими личными качествами как мужество, амбициозность и умение подавлять эмоции, позволило Сталину сокрушить врагов и подчинить своей железной воле огромные массы народа. Он действительно стал похож на паука, находящегося в центре огромной паутины. Попавшие в его сеть жертвы, кем бы они не являлись, были практически обречены. Нечеловеческая жестокость и подозрительность, ставившиеся в вину советскому диктатору, создавшему систему контрольно-карательных органов, есть ни что иное, как проявление в характере человека качеств паука.
Не смотря на то, что Иосиф Виссарионович Джугашвили был рожден в год миролюбивого Аиста, его непростой характер, закалившийся в революционной борьбе, со временем стал все более соответствовать тотему 1879 года, избранному будущим самодержцем советской империи в качестве декларируемой им вымышленной даты рождения. Со временем вся жизнь Сталина-паука была перекроена в соответствии с новым гороскопом, оказавшимся резонансным гороскопу Страны Советов, включенному в ночь вооруженного Октябрьского восстания. Судьба диктатора и тирана, поправшего идеалы перманентной революции и создавшего на руинах Российской империи могущественное государство, убедительно свидетельствует о возможности «переключения» ритмов жизни с индивидуального гороскопа на виртуальный. Этот метод по сей день используется знатоками тайных механизмов судьбы с целью выполнения «программы максимум» в данном земном воплощении.


Не зачем кому то учить нас магии, потому что на самом деле нет ничего такого, чему нужно было бы учится.Нам только нужен учитель, который смог бы убедить нас,какая огромная сила имеется на кончиках наших пальцев.
 
КочевникДата: Среда, 12.10.2011, 04:32 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 20105
Статус: Offline
Критика...
http://www.aferizm.ru/histiry/his_teacher_dance.htm
Учитель восточных танцев
В современном мире мы часто ощущаем себя игрушками в руках безликих сил. Таково свойство технической цивилизации: чтобы продолжать движение, она превращает нас в белок, вращающих ее колесо. Чувство это знакомо любому — от сборщика на конвейере до топ-менеджера. Последнему даже в большей степени. Он-то мечтал, что деньги дадут ему свободу, но стал их заложником. Рассудок тут бессилен. Неудивительно, что респектабельные газеты печатают астрологические прогнозы, а известные магнаты обращаются за советами к диковинным гуру. Одним из самых загадочных наставников прошлого столетия, на которого равняются и многие нынешние, был Георгий Иванович Гурджиев.
Борис Фаликов. Профиль, № 27, 15 июля 2002


Когда родился Георгий Гурджиев, не знает никто. Сам он называл 1866 год, сестра его — 1877-й, многочисленные западные биографы — разные даты от 1870-го до 1886-го. Когда однажды Гурджиев проходил через паспортный контроль в Нью-Йорке, выяснилось, что родился он в далеком будущем — в визу вкралась опечатка. Самого гостя из будущего это нисколько не смутило. «Так и есть, — сказал Гурджиев ошеломленному пограничнику, — пропускай!» Умер он 29 октября 1949 года в американском госпитале под Парижем, окруженный сонмом рыдающих учеников, ждущих последнего наставления гуру. «Ну вы и вляпались», — презрительно бросил им Гурджиев и испустил дух.
Полуграмотный выходец с Кавказа, производивший неизгладимое впечатление на русских богоискателей, парижских авангардистов, лондонских психоаналитиков и американских миллионеров, он оставил после себя учение о том, как не пропасть в этом худшем из миров.
Искатель истины

В конце двадцатых годов в Париже Гурджиев написал автобиографию «Встречи с замечательными людьми». Впоследствии она была экранизирована знаменитым Питером Бруком. В начале книги угадываются реальные детали кавказского детства: учеба в греческой и русской школах в Александрополе и Карсе, отец — малоазийский грек, сказитель древних легенд. Сообразительный мальчишка из низов на лету схватывал любое ремесло — от сапожного дела до гипноза. Кругом жили армяне, грузины, русские, персы, турки... То, что впоследствии он так свободно чувствовал себя в любой стране и среде, объясняется этим уличным интернациональным детством.

Постепенно в книге нарастает число странных событий. Повзрослевший Гурджиев с друзьями находят карту расположения некоего тайного общества и образуют кружок искателей истины. В поисках этой сокровенной истины Гурджиев встречает совсем загадочных персонажей — князя Любоведского (трудно не почувствовать искусственность фамилии), бывшего католического миссионера отца Джованни и, наконец, находит в горах монастырь Братства Сармунг, где и обретает чаемое тайное знание. Жизнь автора наполняется необычным смыслом — миф рождается прямо на наших глазах.

Роман со старушкой

Способностью мифологизировать свою жизнь Гурджиев мог сравниться лишь с другой нашей соотечественницей — Еленой Блаватской (1831—1891). Недаром он рассказывал ученикам, что в одном из писем та предсказала: следующим великим учителем восточных идей в Европе будет учитель восточных танцев. Письмо это до сих пор не найдено. Иногда он в шутку утверждал, что у него был роман со старушкой. Проверить рассказ невозможно. Никто толком не знает, что делала Блаватская, прежде чем объявилась летом 1873 года в Нью-Йорке и через пару лет создала там Теософское общество. Сама она намекала, что этому предшествовали таинственные отношения с махатмами, легшие в основу теософского учения. Неизвестно, и что делал Гурджиев до 1912 года, когда он впервые объявился в Москве в качестве учителя восточных танцев. У каждого гуру есть свои потаенные годы.

Обстоятельства обретения тайного знания в обоих случаях весьма схожи: полные опасностей странствия по неведомым землям, встречи с людьми, обладающими невероятными способностями, загадочные намеки, ветхие карты и, наконец, посвящение в тайну. Не важно, позаимствовал Гурджиев у старушки какие-то мотивы или нет. Речь идет об общих закономерностях рождения мифа.

Доверчивый скептик

Гурджиевское учение дошло до нас во многом благодаря Петру Демьяновичу Успенскому (1878—1947), обладавшему незаурядным даром систематизатора и популяризатора. Встретились они в 1915 году в Москве. В отличие от малоизвестного в ту пору Гурджиева Успенский имел репутацию весьма знающего теософа. Правда, Николаю Бердяеву он не глянулся: в письме жене тот назвал его скептиком и не очень талантливым. Скептик-оккультист — неожиданное сочетание, но Успенский действительно совмещал в себе изрядный скепсис в отношении всего, во что не верил, и экзальтированное приятие того, чему доверял. При знакомстве с Гурджиевым проявилось и то, и другое.

В 1915 году Успенский читает в одной из петербургских газет о том, что в Москве некий индус сочинил либретто к балету «Битва магов». Петр Демьянович только что вернулся из путешествия по Индии и Цейлону, где искал следы тайных обществ. Ничего подходящего не нашел, и это его окончательно убедило, что общества существуют, но очень тайно. Загадочный индус его заинтересовал. Как оказалось, это был Гурджиев. Познакомил их то ли родственник, то ли приятель Георгия Ивановича, скульптор Сергей Меркуров, чьи памятники Тимирязеву и Достоевскому до сих пор украшают Москву. Перед Успенским сидел человек с пронзительными глазами гипнотизера. Уверенным голосом он излагал невероятные вещи, и на любой вопрос у него находился ответ. Вместе с тем Успенский, франт и столичный житель, не мог не заметить, что собеседник его одет провинциально, говорит с кавказским акцентом (в те времена это значило примерно то же, что и сейчас), а главное, немилосердно врет, намекая на связи в высшем свете. У Петра Демьяновича возникает образ: переодетый индийский раджа или арабский шейх с непонятной целью разыгрывает роль кавказского простолюдина. Наживка проглочена, встречи продолжаются. Вскоре выясняется, что Гурджиев владеет неким знанием, следы которого Успенский тщетно искал в Индии. Оно объясняет все беды современного человека, а главное — помогает от них избавиться. Единственное условие — полное подчинение учителю. Успенский принимает это условие. Почему — объясняет его роман "Странная жизнь Ивана Осокина", написанный до знакомства с Гурджиевым. Герой книги накануне полного краха встречает волшебника, который предлагает ему начать жизнь заново. В надежде что-то изменить герой соглашается, но ждет его тот же печальный финал.

Человек-машина

Овладевшая Успенским жуткая идея Ницше о бессмысленном круговороте бытия (вечном возвращении) ~о угодно приведет в отчаяние. Человек в таком состоянии готов на отказ от собственной воли, лишь бы выскочить из безжалостного колеса. Не один Успенский в ту пору это чувствовал — ощущение себя игрушкой в руках безликих сил (мистических, исторических, общественных) томило многих. Да и нынче оно не редкость. Ученики у Гурджиева нашлись. Человек — это машина, которая не может сама себя починить, учил их он. У него нет постоянного «я», оно все время меняется под влиянием разных обстоятельств, сегодня ты один, завтра другой, и так всю жизнь. И все эти «я» тупо и автоматически выполняют свою работу.

В космосе главенствует некая сила, которая нуждается в человеке-роботе, винтике в едином космическом механизме. Вырабатываемая биороботом энергия питает луну, которая, в свою очередь, отдает ее другим планетам. Эта энергия и служит для поддержания высшей силы, которая хочет сохранить существующий порядок вещей. Та довольно скупо делится ею и с человеком, отмеряя ровно столько, сколько надо для работы в автоматическом режиме. Иногда Гурджиев описывал эту ситуацию с помощью другой метафоры. Злой хозяин загипнотизировал свое стадо, внушив ему, что он добрый. И теперь пребывающие в гипнотическом сне люди-овцы покорно идут на бойню.

Как сломать машину

Человечеству не спастись никогда. Эта была бы слишком заметная потеря энергии для космического хозяина. Но если роботом перестанет быть отдельный человек, это может остаться незамеченным. Поэтому спастись могут только избранные, но они должны проделать это тайком. Как полагал Гурджиев, этим и занимались на протяжении человеческой истории тайные общества. Исторически сложились и разные способы спасения бегством. Поскольку в человеческой машине три центра — интеллектуальный, эмоциональный и физический, — существуют и три традиционных пути спасения: путь йога (посредством интеллекта), путь факира (через тело) и путь монаха (с помощью эмоций). К ним Гурджиев добавлял свой собственный, четвертый путь отсюда одно из самоназваний его учения). Этот путь учитывал первых три, но с одним важным дополнением. Спастись можно, только создав группу единомышленников под началом абсолютного лидера. Без постоянного «я» человек не способен наблюдать за собой со стороны, а стало быть, не поймет, что он машина, и не сумеет перестать ею быть. Поэтому он нуждается в стороннем наблюдателе, которому безоговорочно доверяет. Тот и обучает его различным техникам пробуждения.

Техник много. На машину можно воздействовать физически с помощью специальных упражнений, когда одна рука делает одно, другая совершенно другое, а каждая нога занята своим отдельным делом. На этом принципе строятся знаменитые гурджиевские танцы, идея которых, вероятно, возникла под влиянием суфийской самы (ритуального кружения). Другой прием тоже заимствован из суфийского арсенала. Учитель может скомандовать ученику «Стой!», и тот обязан остановиться, чем бы в это время ни занимался. Еще одно упражнение — тяжелый, бессмысленный физический труд, например копать ненужные ямы. Цель у всех упражнений одна: когда машина сломана, управление берет на себя некий центр, о котором в нормальной жизни мы и не подозреваем. Человек напрямую подключается к космической энергии, которая обычно доходит до него окольными путями, отмеренной строгим надсмотрщиком. Он сбежал и теперь свободен.

Эта цель может достигаться и иными способами — через интеллект и эмоции. Отсюда публичные исповеди перед группой, которые дают эмоциональную встряску, непредсказуемое поведение Гурджиева, ставящее ученика в тупик, отлучение им учеников, наносящее тем психический шок, и т.д.

Бог и дьявол в одном лице

Образованные ученики Гурджиева не раз замечали, как в разговорах с ними он на лету подхватывает что-то новое и тут же выдает за свое. Мозг у него был как губка — свойство нередкое у талантливых самоучек. Его учение — это тоже причудливая компиляция. Все религии предполагают безусловное послушание учителю. Во многих религиях экстремальные ситуации моделируются и служат толчком для духовного пробуждения. Не нов и образ вредного космического хозяина (например, у гностиков демиург — творец этого мира — весьма злокозненное существо). Новизна системы в другом. Наряду со злом во всех религиях имеется и абсолютное добро. А у Гурджиева оно начисто отсутствует. Злому демиургу противостоит лишь сам учитель, которому известен секрет врага. Носителем добра является хитроумный герой, а не Бог, а посему добро относительно. А вот зло абсолютно, и, чтобы сражаться с ним на равных, вынужден к нему прибегать и наш герой. Беря на себя роль Бога, он не отказывается и от роли дьявола. Не многовато ли? Это и имел в виду Успенский, когда не снес издевательств учителя и порвал с ним. Поставив диагноз, создатель системы не выдержал напряжения и сошел с ума, но сама система истинна. В конце жизни Успенский (ему удалось эмигрировать в Британию) опубликовал английский перевод своего романа, переписав конец. Когда герой по второму разу попадает к волшебнику, тот говорит ему: я помогу вам выскочить из колеса, но за это вы отдадите мне пятнадцать лет жизни. Все же не душу, и на том спасибо. Так Успенский оценил роль учителя в своей жизни.

За скифским золотом

Отношения между учеником и учителем испортились в революционные годы, когда Гурджиев с группой из 12 человек покинул Москву и поселился в Ессентуках. Однако интенсивные занятия по овладению системой продолжались недолго. Неожиданно Гурджиев распустил группу, ему не сиделось на месте — посреди неразберихи и хаоса Гражданской войны он решил двинуться на юг. Убедив большевиков, что ему доподлинно известно, где спрятаны скифские клады, Гурджиев получил мандат начальника археологической экспедиции и, главное, спирт на отмывку золотых украшений. Следуют за ним самые стойкие, но Успенского среди них нет.

После долгих мытарств зимой 1920 года путешественники оказываются в Тифлисе. Гурджиев внушает грузинским меньшевикам, что для получения международного признания им необходимо учредить под его началом Институт гармонического развития человека. Потому что только он знает, как гармонизировать физическое, эмоциональное и духовное в человеке при помощи четвертого пути. Отделения института уже открыты в Москве, Бомбее, Нью-Йорке и Ессентуках, блефует Гурджиев, теперь пришел черед грузинской столицы. Институт открыли, но меньшевиков это не спасло, а директор тем временем перебрался в Константинополь. Потом последовали Берлин, Лондон и, наконец, Париж. Открытие института стало idee fix Гурджиева — эзотерику захотелось общественного признания. И он его получил.

Факир из Фонтенбло

Изнуренная войной Европа хотела утешиться и развлечься. В спиритических салонах вызывали тени погибших, в дансингах лихо отплясывали фокстрот. В учении Гурджиева духовные поиски сочетались с экстатическими танцами. И это вдвойне отвечало духу эпохи. Недаром в ту пору таким успехом пользовались дионисийские пляски Айседоры Дункан и мистериальные балеты Рудольфа Штайнера. В 1922 году у знаменитого адвоката была куплена вилла под Фонтенбло и заново открыт Институт гармонического развития человека. Институт принес Гурджиеву мировую известность, в надежде на чудо туда приехала смертельно больная туберкулезом знаменитая писательница Кэтрин Мэнсфилд — но чуда не произошло.

Гурджиев обладал фантастической способностью наживать неприятности, но всегда выходил сухим из воды. Он участвовал в подозрительных коммерческих сделках и подкармливал нищую русскую эмиграцию. Из Америки, куда он регулярно наведывался за деньгами, его выслали как нежелательного иностранца. Гурджиев присоветовал немолодой американке, лечившейся от алкоголизма, не бросать пить совсем, а уменьшить дозу. Той и вправду полегчало. Но лечащий врач настоял на своем. Вскоре завязавшая пациентка умерла, и доктор обвинил во всем Гурджиева. После Второй мировой за него взялись и во Франции, подозревая в сотрудничестве с оккупантами, но из тюрьмы выпустили быстро. Бессмысленно сажать в камеру человека, для которого весь мир —тюрьма, тем более что побег из нее он сам и возглавил. С авангардистами его объединяла мечта о разрушении старых форм, включая и привычный облик человека. Могла ли она объединить его с авангардом прогрессивного человечества? Вряд ли. Как всякий эзотерик, он презирал массы. Правда, ходили слухи, что в тридцатые годы Гурджиев собирался на побывку в Россию. Тогда в Кремле сидел другой выходец из кавказских низов, который лечил бессмысленным трудом не горстку затюканных интеллигентов, а многомиллионный народ. Обмен опытом не повредил бы обоим. Но инстинкт самосохранения не подвел Гурджиева, и он остался завсегдатаем парижского «Кафе де ла Пэ», где принимал благоговеющих адептов, подкрепляя себя неизменным коньяком и одаривая щедрыми чаевыми официантов. Потом ему стало скучно, и он умер. Его учение продолжает жить.

Гурджиевские центры до сих пор есть во многих мировых столицах. Деятельность свою они не рекламируют, обычно в справочниках дается телефон без адреса. Если позвоните, с вами вежливо поговорят и, может быть, пригласят встретиться. Подобно учителю ученики считают, что спастись могут только избранные, те, кто не желают оставаться винтиками в космическом механизме, то есть просто людьми.


Не зачем кому то учить нас магии, потому что на самом деле нет ничего такого, чему нужно было бы учится.Нам только нужен учитель, который смог бы убедить нас,какая огромная сила имеется на кончиках наших пальцев.
 
New Seers ( Новые Видящие) форум » Эзотерика » Статьи НВ (Новых Видящих) » Эзотерика, Философия » Гурджиев, путь мага
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Переход на главную New Seers в Контакте











Locations of visitors to this page Яндекс.Метрика
Google+